Стопка негативов, лампа и контактные отпечатки вместо лупы
К середине октября темнеет в половине шестого, и после работы с камерой уже не выйти. Зато в ванной теперь достаточно завесить одну дверь. Третий вечер подряд печатаю контактные листы с плёнок, которые до сих пор смотрел только на просвет у окна.
Устройство простое. Лист бумаги 24×30, на него шесть полос по шесть кадров эмульсией вниз, сверху стекло от старой рамы, шесть миллиметров толщиной, с заклеенными краями. Увеличитель поднят так, чтобы свет закрывал лист с запасом, объектив прикрыт до f/8. На обрезке бумаги делаю пробу по три секунды ступенькой, обычно выходит девять-десять секунд. Проявляю две минуты при красном фонаре, вода в ванночке к концу вечера остывает до семнадцати градусов, и последние листы приходится держать подольше.
Что видно на листе
На просвет негатив всегда кажется лучше, чем есть: глаз подстраивается под каждый кадр отдельно. На контактном листе все тридцать шесть получают одну и ту же выдержку, и плёнка показывает себя целиком.
- Июльская плёнка на 100 единиц: половина кадров заметно светлее остальных. Это дни, когда я мерил свет по тени и прибавлял ступень на всякий случай.
- Сентябрьская, на 400: ровная от начала до конца, но шесть кадров одного и того же двора подряд. Отличаются на полшага влево.
- Плёнка из старой зеркалки с объективом 58 мм: на трёх кадрах в углу тёмный полукруг, бленда сидела криво.
Самое полезное оказалось не про технику. На листе сразу видно, как я хожу вокруг сюжета: сначала общий план, потом ближе, потом ещё ближе, и почти всегда лучший кадр второй. Третий уже слишком тесный, первый слишком осторожный. На отдельных негативах я этого не замечал.
Отмечаю удачные кадры мягким карандашом прямо по отпечатку, на обороте пишу номер плёнки и месяц. Сушу листы на бельевой верёвке над ванной, к утру они скручиваются, и день лежат под стопкой книг. Готовые кладу в папку вместе с конвертом негативов, лист сверху.
Осталось четыре плёнки и полпачки бумаги. На большой формат с этих листов пока просится кадра три, не больше. Раньше я бы расстроился, а сейчас думаю, что это обычная доля.